"Желание только одно – победить". Русинов о "Ле-Мане" и борьбе за титул в WEC

В интервью Motorsport.com Россия российский гонщик команды G-Drive Racing рассказал, что помешало выиграть "24 часа Ле-Мана", и почему он уверен в хороших шансах своего экипажа на общую победу в марафонском чемпионате мира.

Роман Русинов – самый опытный и, пожалуй, самый популярный отечественный гонщик в гонках на выносливость. Этот сезон WEС начался для москвича и его напарников с триумфа в Сильверстоуне, за котором последовало неудачное выступление в Спа.

Затем был Ле-Ман – легендарный суточный марафон и главный старт сезона. Русинов и его партнеры по экипажу G-Drive Racing снова имели все шансы на победу на кольце Сартэ, но обстоятельства и в этот раз помешали россиянину выиграть одну из самых знаменитых гонок на планете – в итоге вместе с Сэмом Бёрдом и Жюльеном Каналем они стали третьими.

В большом интервью для читателей Motorsport.com Россия Роман рассказал, что не позволило победить в Ле-Мане, а также поделился ожиданиями от предстоящих этапов WEC, где его экипажу предстоит сражение за титул в классе LMP2.

Motorsport.com Россия: Роман, после "24 часов Ле-Мана" прошёл месяц, страсти улеглись и теперь можно спокойно оглянуться назад. Какие впечатления оставил марафон? Вы довольны подиумом или всё-таки есть огорчение от того, что различные проблемы снова помешали победить?

Роман Русинов: Гонки – это гонки, в них случается всякое. Мы боролись за победу и смогли финишировать – пусть и третьими. У нас хватало трудностей. Машины ORECA наших конкурентов были намного быстрее на прямых. Мы были готовы к этому, но, откровенно, не думали, что их превосходство в скорости будет настолько серьёзным. И это стало ясно уже в квалификации.

Любая 24-часовая гонка, а особенно в Ле-Мане, всегда непредсказуема. Мы боролись в первой тройке с самого старта и имели шансы на победу. Но потом ошиблись со стратегией – я покидал боксы после пит-стопа, когда загорелся красный свет и на трассу выехал автомобиль безопасности – это тут же отбросило нас на две-три минуты от лидеров, в конец десятки.

Вдобавок, это произошло спустя всего два часа после старта – поэтому оставшуюся часть гонки мы догоняли, отыгрывали позиции. Но во время одного из пит-стопов произошел небольшой пожар – на нем мы потеряли еще несколько минут.

Трудно было нагонять лидеров?

Не столь трудно, сколько опасно. Мне приходилось рисковать в тех местах, в которых я бы в другой ситуации никогда бы этого не делал – например, обгонять в поворотах "Порше". В общей сложности я провел в машине десять часов и выжимал из нее все, что только можно. Соперники были быстрее на прямых, и мне приходилось наверстывать в поворотах.

Так что у нас были огромные шансы закончить гонку в отбойнике. Но это гонки – либо ты делаешь все для победы, либо лучше вообще не берись за это занятие.

Роман Русинов, Сэм Бёрд, Жюльен Каналь, G-Drive Racing
Роман Русинов, Сэм Бёрд, Жюльен Каналь, G-Drive Racing

Фото: пресс-служба G-Drive Racing

Мы боролись изо всех сил и смогли вырваться на второе место. Ночью я проехал пять отрезков по 45 минут. И мы долго шли вторыми, пока не произошло небольшое столкновение с партнерами по команде – по радиосвязи нам дали разные инструкции. Я понимал, что мы боремся за победу, и был уверен, что напарник не будет рисковать при обгоне, но вышло иначе. Произошёл контакт, и меня развернуло.

Все эти маленькие инциденты и привели к тому, что в итоге мы оказались на третьей позиции. Автомобили конкурентов в Ле-Мане были действительно быстрее, и это надо признать. Но если бы мы обошлись хотя бы пожара на пит-стопе, то выиграли бы.

Какие мысли первыми промелькнули в голове, когда увидели огонь?

Каких-то особых эмоций на самом деле не было – почувствовал тепло и запах пластика. А единственные мысли: "Ну как же так получилось-то?". Собственно, я сразу понял, что не произошло ничего фатального – просто сейчас мы потеряем какое-то количество времени.

Хуже, что мы приняли неправильное решение. По радио мне сказали, чтобы я тут же выпрыгнул из машины. Была суета – мы потратили две минуты, потому что никто не понимал, что происходит. Но это "Ле-Ман" – он всегда непредсказуем, и случиться тут может что угодно.

У нас были огромные шансы закончить гонку в отбойнике. Но это гонки – либо ты делаешь все для победы, либо лучше вообще не берись за это занятие

Роман Русинов

Обидно, что такие инциденты помешали победить?

Мне не было обидно. Это были инциденты, ошибки и случайности. Перед столкновением мне по радио сказали, что обгонять меня не будут, а другому пилоту, наоборот, сказали, что можно обгонять. Это просто была неправильна коммуникация между инженерами.

Пожар – это ошибка механика. Почему заехали в боксы в неподходящий момент? У нас была определенная стратегия, и в какой-то момент она не сработала.

Словом, ничего обидного не было – да у меня и времени-то не было задуматься об этом. Я провел в машине десять часов, и единственное, что чувствовал, когда вылезал из нее – это жар по всему телу и желание пить.

Удавалось отдохнуть во время перерывов?

Не очень. Ведь мы с Сэмом Бёрдом ехали по три отрезка подряд – а это два с половиной часа. Первое, что ты делаешь, когда выходишь из автомобиля – принимаешь душ и идешь есть. И на то, чтобы поспать, у тебя остается всего час. За всю гонку я поспал часа три-четыре максимум. К тому же, за счет того, что в крови очень много адреналина, спать-то особо и не хочется.

Роман Русинов
Роман Русинов

Фото: пресс-служба G-Drive Racing

Насколько было тяжелее ехать в конце гонки после почти суток без сна?

На самом деле, ехать было даже проще – ведь это уже дневная смена. И хотя я очень люблю пилотировать ночью, днем все намного лучше видно – и трассу, и точки торможения. Кроме того, под конец гонки машины оставляют на асфальте столько резины, что сцепление ощутимо улучшается, и ты едешь в поворотах, как по рельсам – по сравнению с квалификацией, времена быстрее на две секунды быстрее даже на старом комплекте шин.

Какие впечатления от машины? И насколько прототип с закрытым кокпитом отличается от открытого автомобиля с точки зрения гонщика?

В целом Ligier JS P2 – это, пожалуй, лучшее шасси для гонок на выносливость, но в Ле-Мане нашему прототипу не хватало скорости на прямых. Кроме того, мы не попали в настройки на 100%, поэтому с управляемостью местами все тоже было не так просто.

В закрытой машине гораздо жарче, не хватает свежего воздуха, и поэтому вести ее тяжелее. В открытой тебя обдувает воздухом. В этот раз было реально очень жарко. Но это уже наш второй сезон в закрытой машине, так что никаких проблем нет. А с точки зрения безопасности они намного лучше.

После "бронзы" в Ле-Мане вы потеряли одну позицию в чемпионате и теперь занимаете второе место в LMP2. Как оцениваете шансы на борьбу за титул?

Всегда хочется победить – другого желания у тебя просто нет. Либо первое место, либо никакого. Иначе, зачем тогда вообще заниматься автоспортом?

Команда G-Drive Racing делает все для победы. У нас рекорд класса по победам, поул-позициям, набранным очкам и лучшим кругам. Сейчас мы считаемся лучшей командой LMP2 в чемпионате WEC. Мы всегда выжимаем максимум из того, что имеем – и будем продолжать делать это.

Роман Русинов, Сэм Бёрд, Жюльен Каналь, G-Drive Racing
Роман Русинов, Сэм Бёрд, Жюльен Каналь, G-Drive Racing

Фото: пресс-служба G-Drive Racing

Если говорить о предстоящих трассах, насколько они подходят  шасси Ligier?

Уверен, что наш прототип прекрасно себя проявит на предстоящих шестичасовых гонках в Германии, США, Китае, Японии и Бахрейне. Особенно интересен будет марафон на Нюрбургринге, где уже была возможность поработать на тестах.

Как изменилась работа в команде в этом году с появлением второй машины? Помогает ли обмен информацией со вторым экипажем?

Две машины в команде удваивают шансы на победу в чемпионате, ведь мы не только боремся за очки двумя экипажами, но и имеем возможность собирать больше информации о машине, резине, топливе.

Как работается с новым напарником Сэмом Бёрдом?

С Сэмом мы нашли общий язык мгновенно. Он очень быстро "вкатился" в класс LMP2, и я могу сказать, что он действитеьно быстрый гонщик. Его результаты говорят сами за себя. Мне комфортно работать и с Сэмом, и с Жюльеном, который является моим напарником еще с прошлого сезона.

Поддерживаете ли вы изменения в LMP2: переход к единому поставщику моторов и использование с 2017-го шасси от четырёх выбранных производителей?

Регламент – составная часть любой гоночной серии. Нравится нам это или нет, мы должны ему следовать. Уже известно, что компания Onroak, которая производит шасси Ligier, вошла в список поставщиков шасси для LMP2 с 2017 года.

В то же время, можно посмотреть на это под таким углом: постепенное "закручивание гаек", с одной стороны, накладывает на участников новые обязательства, а с другой – свидетельствует о растущей популярности гонок на выносливость.

На мой взгляд, гонка в Ле-Мане, да и остальные этапы марафонского чемпионата мира, как минимум не уступают по азарту, борьбе и зрелищности Ф1. А где-то даже и превосходят её.

Роман Русинов, Сэм Бёрд, Жюльен Каналь, G-Drive Racing
Роман Русинов, Сэм Бёрд, Жюльен Каналь, G-Drive Racing

Фото: пресс-служба G-Drive Racing

Присоединяйтесь!

Написать комментарий
Показать комментарии
Об этой статье
Серия Ле-Ман , WEC
Пилоты Роман Русинов , Жюльен Каналь , Сэм Берд
Команды G-Drive Racing , Porsche Team , Pegasus Racing , Riley Motorsports
Тип статьи Интервью
Rambler's Top100