Покладистый мастер вторых попыток. Инженер Haas о Шумахере

Команда восхищается вниманием пилота к деталям – но была бы не против, чтобы Мик побольше от нее требовал и почаще с ней спорил

Покладистый мастер вторых попыток. Инженер Haas о Шумахере

Гоночным инженером Мика Шумахера в этом году является Гэри Гэннон, последние два года работавший с Кевином Магнуссеном (а до этого – с Роменом Грожаном). На недавнем Гран При Венгрии сотрудник команды Haas рассказал о нюансах работы с новичком Формулы 1 корреспонденту сайта The Race.

О достоинствах гонщика

Мик очень хорош с точки зрения работы над ошибками. Если он что-то сделал не так или настройки у машины были не теми – со второго раза он обязательно добьется заметного прогресса. От второй попытки в его исполнении всегда можно ждать многого – он способен сделать серьезный шаг вперед.

Мик очень внимателен к деталям. К примеру, когда ты в гонке пропускаешь лидеров, опережающих тебя на круг, очень часто и следующий круг выходит так себе. Но Мик с самого начала действовал очень тщательно и очень собранно. И уже на первой в гонке Бахрейне его следующий круг после пропуска лидеров вперед был быстрее предыдущего. Для такого требуется серьезный уровень концентрации. Нас впечатлило, что Мик смог сделать это на первой же гонке. И по ходу сезона он стал еще лучше.

Шумахер и Гэннон на прошлогоднем Гран При Сахира

Шумахер и Гэннон на прошлогоднем Гран При Сахира

Фото: Andy Hone / Motorsport Images

Плюс он очень покладист. Иногда мы думаем: хорошо бы подрегулировать угол атаки переднего крыла определенным образом – но передние колеса наверняка начнут скользить чуть сильнее. Стоит ли? Мы пробуем, передок действительно скользит – но мы не слышим жалоб или истерики. Мик отвечает: передок несет сильно, но я с этим справлюсь. Он очень хорош в выжимании максимума из того, что ему дали.

И сейчас одна из наших задач – подвести его к тому, чтобы он не всегда соглашался с нашими решениями. Чтобы в случае чего он мог от нас чего-то потребовать. К примеру, на третьей тренировке ему уже надо работать с той конфигурацией машины, с которой мы подошли к началу сессии. Он на первой тренировке он может и должен говорить нам что-то вроде «главная проблема – нехватка зацепа на входе в 9-й поворот».

Читайте также:

О тонкостях взаимодействия с пилотом

На одном из этапов, в Барселоне, мы сделали кое-какие выводы на основании предыдущего выезда на трассу. И когда у меня появилась конкретная информация, я поделился ей с Миком. Это произошло на медленном круге между двумя быстрыми – но в самом конце этого круга. И позже мы пришли к выводу, что я озвучил эту информацию чересчур поздно. Информация была ценной – скорректировав нужным образом траекторию, можно было отыграть до двух десятых. Но она попала к Мику слишком поздно – это привело только к потере концентрации и подпортило очередной быстрый круг.

Шумахер и Гэннон в процессе подгонки сиденья на прошлогоднем Гран При Сахира (в рамках подготовки к выступлению немца на тренировке следующего Гран При Абу-Даби)

Шумахер и Гэннон в процессе подгонки сиденья на прошлогоднем Гран При Сахира (в рамках подготовки к выступлению немца на тренировке следующего Гран При Абу-Даби)

Фото: Andy Hone / Motorsport Images

Так что, я постоянно получают дополнительное знание о том, как быстро и насколько поздно я могу что-то ему сообщить, как он обработает мою информацию. Даже если речь идет о паузе между попытками по ходу одного сегмента квалификации – должен ли я отвлекать его? Стоит ли мне напоминать ему, сколько нам надо отыграть у базового времени или у ближайшего соперника? Наша работа – это постоянно взаимообучение. Так происходит с каждым пилотом, но в случае с Миком оно проходит особенно активно.

Читайте также:

Поделились
Комментарии
«Он орал, я смеялся». Баттон вспомнил об уходе в McLaren

Предыдущая новость

«Он орал, я смеялся». Баттон вспомнил об уходе в McLaren

Следующая новость

Оплачивать соперникам расходы на ремонт? Штайнер против

Оплачивать соперникам расходы на ремонт? Штайнер против
Загрузить комментарии