Моменты, после которых нам хотелось бросить Формулу 1

Поражения кумиров, выводящие из себя поступки, обидные сходы и аварии – редакция Motorsport.com Россия вспомнила моменты, когда Ф1 не приносила им ничего, кроме досады и разочарований.

Дэймон Хилл, едва не выигравший Гран При Венгрии-1997

Дэймон Хилл, едва не выигравший Гран При Венгрии-1997
1/8

Александр Кабановский, ответственный редактор: Это в начале 2000-х болеть за Михаэля Шумахера было настолько легко, просто и приятно, что в фанатском сообществе подобное считалось едва ли не постыдным. А вот в 90-е эмоции были совсем другими. 

Дело было в августе 1997-го. Столь сильного негатива от Ф1 мне не приходилось испытывать ни до, ни после. Перед стартом того сезона заклятый враг Шумахера Дэймон Хилл – разумеется, совершенно бездарный и завоевавший титул исключительно благодаря «самовозке» Хэда и Ньюи – позарился на деньги Тома Уокиншоу и перебрался в Arrows. Команда была никудышной, и я, поддавшись порыву, прилюдно заявил, что если Дэймон выиграет в ней хоть одну гонку, то моя (весьма солидная в те дни, надо признать) шевелюра будет целиком и полностью пущена под нож цирюльника.

Я ни о чем не переживал до Венгрии. Но там невероятная жара и шины Bridgestone перевернули все с ног на голову, и за несколько кругов до финиша Arrows британца мчался к финишу первым с преимуществом в полминуты с лишним. Это были очень, очень неприятные эмоции. Такое отвращение от Ф1, думаю, вообще редко кто испытывал. Заклятый враг Михаэля обогнал его самого на круг, а меня заставил балансировать на лезвии бритвы в буквальном смысле, что обещало немало, скажем так, репутационных проблем.

Чем закончилась та гонка – хорошо известно. Поломка копеечной детали на Arrows лишила Хилла победы на последнем круге. Мне не пришлось бриться налысо. А четыре лишних очка, заработанных в Будапеште Жаком Вильневым, в итоге склонили в его пользу спор с Шумахером за титул чемпиона.

Как это было: Венгрия'97, которая едва не закончилась сенсацией

Фото: LAT Images

Столкновение Михаэля Шумахера и Жака Вильнева в Хересе-1997

Столкновение Михаэля Шумахера и Жака Вильнева в Хересе-1997
2/8

Андрей Пацино, дизайнер Motorsportstats.com: Даже самые обидные поражения кумиров не могли заставить меня выключить телевизор, не дождавшись церемонии награждения. Но в детстве были случаи, когда трансляцию приходилось досматривать со слезами.

Один из таких случаев – Гран При Европы-1997. Михаэль Шумахер, за которого я болел вместе с отцом, боролся за титул с Жаком Вильневом. Ситуация в личном зачете перед гонкой и первые круги вселяли надежду – и потому то знаменитое столкновение немца и канадца стало для меня сильнейшим ударом. Оставшиеся круги до финиша казались мне вечностью – надежд на сход Вильнева не было. Если чемпионат 1996 года казался проигранным уже после первых этапов, то Херес 1997 года был первым серьезным шоком – все надежды были перечеркнуты за одну секунду. Кроме того, тогда я по-настоящему узнал «темную» сторону Шумахера, готового побеждать нечестными методами.

Детский ум не понимал, что год-два без трофеев – мелочь. К примеру, сейчас болельщики Ferrari ждут титула в личном зачете уже 10 лет. Но, к моей радости, потом Михаэль Шумахер выиграл еще пять чемпионатов – в 1997-м такого подарка я, конечно же, не ждал.

20 лет спустя. Вспоминаем дуэль Шумахера и Вильнева в Хересе

Фото: LAT Images

Поражение Михаэля Шумахера в финале сезона-1998

Поражение Михаэля Шумахера в финале сезона-1998
3/8

Ярослав Загорец, главный редактор: Многие авторы этого материала выбрали гонку из детства, и я не исключение – все-таки первые эмоции всегда самые яркие. Это сегодня многие Гран При и даже сезоны слились в один большой разноцветный комок, а тогда каждый новый этап был событием, которое можно осознать только здесь и сейчас. Единственной возможностью пересмотреть гонку была видеокассета – и не дай бог было перепутать кнопки во время записи.

Гран При Японии ноябрьским утром 1998 года стал для меня первой гонкой Формулы 1, в которой решалась судьба титула. Начав смотреть Ф1 в том же сезоне с невероятного Гран При Венгрии, я сразу стал болеть за Михаэля Шумахера – когда ты ребенок, кумиры рождаются очень легко, особенно если они побеждают тех, кого победить, по идее, невозможно. Вырвав у Мики Хаккинена на «Сузуке» поул, Шумахер (в особом хромированном шлеме) просто обязан был довести дело до победы – обязан в первую очередь 11-летнему мне, ведь как иначе?

Но то утро на «Сузуке» стало для меня одним большим разочарованием. Вот Ярно Трулли глохнет на решетке, а вот уже Шумахер качает головой в неподвижной машине, которой придется отправиться на третий старт самой последней. Потом будет и прорыв на седьмое место, и наша с Михаэлем бессильная ярость позади занявших всю трассу Деймона Хилла и Жака Вильнева, и даже выход на третью позицию. Но Эстебан Туэро уже взлетел на машине Торы Такаги, карбоновые обломки усеяли трассу, и через секунду самая главная Ferrari в мире будет ехать на трех колесах. Последняя гонка сезона стала последним гвоздем в надежды Михаэля на титул – и подошла вплотную к тому, чтобы стать последней гонкой Ф1 для меня. К счастью, в единственный раз за все эти годы.

Фото: LAT Images

Сход Хайнца-Харальда Френтцена на Гран При Европы-1999

Сход Хайнца-Харальда Френтцена на Гран При Европы-1999
4/8

Дмитрий Афонин, редактор: В детстве любые успехи и неудачи принимаешь ближе к сердцу, даже если они бывают не с тобой, а с любимой командой. Для меня такой командой была Jordan. Казалось, ее пилот никогда не будет претендовать на чемпионский титул, но в середине сезона-1999 это стало реальностью. Тогда гонки дарили мне особенные эмоции.

До конца чемпионата три этапа. На «Нюрбургринг» Френтцен приезжает с 10-очковым отставанием от Хаккинена и Ирвайна и с двумя очками преимущества над Култхардом. В Германии все складывается отлично: Ха-Ха побеждает в квалификации, в гонке здорово стартует и лидирует, в то время как Хаккинен и Ирвайн оказываются вне очковой зоны. Я сижу с накаленными нервами перед телевизором. Наступает кульминация: на 32-м круге Френтцен и ехавший следом Култхард одновременно заезжают на пит-стоп. И Jordan выезжает на трассу первым!

Я потихоньку начинаю ликовать. Да, до финиша еще долго, но самое страшное для Jordan уже позади. И тут желтая машина с красноглазым шершнем на носу просто останавливается на трассе. Крах! Я чувствую, что отыграться в чемпионате уже не получится, а значит моя надежда умирает. Я смотрю на Френтцена, бьющего руками по рулю, вздыхающего Эдди Джордана и выключаю телевизор. Кажется, потом я его снова включил и узнал, что гонку выиграл Джонни Херберт, но меня это уже не интересовало.

Jordan упустила свой единственный шанс на титул. И я вместе с ней.

Михаэль Шумахер, подаривший Рубенсу Баррикелло победу на Гран При США-2002

Михаэль Шумахер, подаривший Рубенсу Баррикелло победу на Гран При США-2002
5/8

Олег Карпов, обозреватель: Немного странно, что люди порой с ностальгией вспоминают времена доминирования в чемпионате Михаэля Шумахера и Ferrari. Особенно в те годы, когда превосходство красной команды было еще более извращенным по сравнению с последними достижениями Mercedes как раз потому, что тогда, в начале нулевых мы всегда точно – еще поздней весной – понимали, кто выиграет чемпионат.

Парни из Маранелло не играли в спорт, как было с Нико и Льюисом на протяжении пары сезонов после вступления в силу гибридного регламента. В команде Жана Тодта и Росса Брауна все было подчинено результату. Но даже тому цинизму, который был продемонстрирован в 2002 году в Австрии, можно было найти разумное объяснение: пусть это была всего седьмая гонка в сезоне, пусть отрыв Михаэля уже и без того был огромен, но все же было очевидно: в Ferrari сделают все, чтобы Шуми выиграл очередной титул.

Чуть больше отвращения у меня вызвал финиш гонки в Индианаполисе, когда все, что Ferrari могла завоевать, она в том году уже завоевала. Перебрасываться победой, как это делали на последних метрах перед финишем Михаэль и Рубенс, – это уже точно вершина издевательства над понятием «спорт». Тот случай, когда уместнее слова «фарс» придумать уже действительно нельзя.

Сход лидировавшего Кими Райкконена на Гран При Европы-2005

Сход лидировавшего Кими Райкконена на Гран При Европы-2005
6/8

Глеб Каланов, редактор: В 12 лет проводить последний уик-энд мая в гостях у бабушки, где нет ни одного ровесника, а из благ цивилизации есть только старенький телевизор – настоящая пытка. Единственное, что радовало – Гран При Европы по этому самому телику с полосами, помехами и отвратительным звуком.

Сезон-2005. Заработавшая годами доминирования мою чистую детскую ненависть Ferrari наконец-то терпит поражение за поражением, а за титул борются Райкконен и McLaren – парни, за которых я тогда болел не меньше, чем переживал за Кими и Ferrari тот французский мальчик Тома. Финн не слишком здорово начал сезон, но потом выиграл две гонки. И в тот день на «Нюрбургринге» он уверенно лидировал и ехал за третьей победой подряд.

Но сначала Кими оквадратил шину, а затем еще и неудачно наехал на кочку. И подвеска, которую расшатывали вибрации от колеса, не выдержала на самом последнем круге. Кими полетел в стену на «Нюрбургринге», пульт полетел в стену в комнате, после чего я немедленно выключил телевизор и не смог сдержать слез разочарования.

Вспомнились сход Хаккинена в Барселоне-2001, комиссары, выталкивающие Шумахера из гравия в 2003-м, неудачи Монтойи (еще одного любимого персонажа). Внутри – обостренное подростковое чувство досады, мысли «как-же так», «всего один круг», «почему всегда не везет». И еще – желание завязать уже с этой чертовой Ф1, где вечно не у дел те, кого я поддерживаю. Катилась бы она куда подальше.

Отобранная победа Льюиса Хэмилтона на Гран При Бельгии-2008

Отобранная победа Льюиса Хэмилтона на Гран При Бельгии-2008
7/8

Антон Погорельский, журналист: Сезон-2008 был чистым наслаждением: непредсказуемые гонки, плотнейшая борьба за титул. А Гран При Бельгии стал кульминацией того чемпионата. Льюис Хэмилтон творил нечто невероятное на мокрой трассе и на выходе из «Автобусной остановки» совершил лучший маневр в карьере: сначала полностью пропустил вперед Кими Райкконена, а затем вынырнул там, где не могло быть места для машины Ф1, и протиснулся вперед.

Хэмилтон выиграл ту гонку – и я был счастлив. Гран При на сложнейшей трассе мира взял гонщик, который гонку за гонкой доказывал, что он лучший «обгонятель» в Ф1 за последние 25 лет. Тем более, у меня всегда было особое отношение к «Спа-Франкоршаму». Я с детства убежден: на этой трассе побеждают только великие пилоты. Хэмилтон из таких. А потом Льюиса оштрафовали за «получение преимущества при обгоне».

Сомнений не было: FIA как всегда подсуживала Ferrari, ведь после наказания Хэмилтона первое место досталось Фелипе Массе. Но этот случай был особенно вопиющим. Здесь нет и не могло быть двух трактовок: Хэмилтон выдал чистый и очень красивый обгон. А отдать победу в Спа Массе – это уже личное оскорбление. На Гран При Бельгии Фелипе смотрелся беспомощно – а после той гонки во всех справочниках именно его фамилия будет числиться на первом месте. Это было надругательством над великой историей «Спа-Франкоршама».

После той гонки я дал себе слово: если по итогам сезона Масса станет чемпионом благодаря очкам, которые ему подарили в Бельгии, я навсегда брошу смотреть Формулу 1. Масса проиграл. И только поэтому я до сих пор смотрю гонки.

Авария Виталия Петрова на Гран При Кореи-2010

Авария Виталия Петрова на Гран При Кореи-2010
8/8

Сергей Гавриленко, коммьюнити-менеджер: Гонки я полюбил рано, в 9 лет: щелкал каналами и попал на Гран При Бельгии-1998. Я начал болеть за Jordan и Хилла, не пропускал ни одной трансляции и читал об Ф1 все, что мог найти. Страсть несколько поугасла к сезону-2000, когда Дэймон после провального сезона завязал с гонками, а результаты ирландской команды пошли на спад. Но с переходом Ф1 на новый регламент в 2009 году я снова так втянулся, что после по своей воле не пропускал ни одной гонки – кроме 15 последних кругов Гран При Кореи-2010.

В 2010-м я ждал начала сезона с огромным нетерпением: в Ф1 возвращался Михаэль Шумахер, но главное – дебютировал первый в истории российский пилот. Для меня Петров стал новым Хиллом, Renault – новой Jordan, а желто-черный окрас машин только усиливал сходство.

К сожалению, у россиянина дела шли не очень: к середине чемпионата на его счету было всего шесть очков. И я уже почти смирился, если бы внезапно он не подарил последнюю надежду, три раза подряд финишировав в топ-10. Поэтому я забыл все ошибки Петрова и стал ждать новых, великих свершений.

Но потом случились две гонки без очков и авария в Японии. И тем не менее, за 15 кругов до финиша Гран При Кореи-2010 я был уверен, что ждал свершений не зря: в залитом дождем, грязном Йонаме ошибки допускали многие, но не Виталий – вот он, переломный момент! Когда за 15 кругов до финиша он разбил машину, я не мог в это поверить. А потом выключил телевизор и понял, что болеть за Петрова я больше не смогу никогда. И если так, то зачем вообще смотреть Ф1? Конечно, потом остыл – но с такой силой и страстью ни за кого уже не переживал.

Написать комментарий
Показать комментарии
Об этой статье
Серия Формула 1
Пилоты Михаэль Шумахер , Хайнц-Харальд Френцен , Рубенс Баррикелло , Мика Хаккинен , Жак Вильнёв , Кими Райкконен , Льюис Хэмилтон , Фелипе Масса , Дэймон Хилл , Себастьян Феттель , Виталий Петров
Команды Ferrari , McLaren , Renault F1 Team , Jordan , Williams , Red Bull Racing , Arrows
Тип статьи Самое интересное
Rambler's Top100