Анализ: много ли выгоды получил Хэмилтон от свободы выбора?

Mercedes предоставила Льюису Хэмилтону почти полную свободу в выборе стратегии на гонку, но даже этого оказалось недостаточно, чтобы одолеть напарника по команде. Рассказывает Адам Купер.

Выиграв в Мексике и Бразилии, Нико Росберг великолепно провел и гонку в Абу-Даби, завершив сезон серией из трех подряд побед.

В очередной раз Льюису Хэмилтону пришлось смириться с поражением. Все три гоночных воскресенья только что завершившегося ноября принесли ему один и тот же результат – второе место на финише после напарника.

Британец до сих пор не может выиграть после того, как официально оформил очередной титул в карьере в Остине, и третья проигранная гонка подряд сопровождалась жаркой дискуссией по радио с инженерами на командном мостике.

«Это была напряженная гонка, – рассказал Motorsport.com после финиша Падди Лоу. – Утром я сказал команде, что мы должны отнестись к этой гонке так же, как к любой другой, и что дубль заработать будет трудно. Мы не можем быть слишком консервативными просто потому, что это последний этап сезона.

Всё так и оказалось. Ferrari были быстры. Я бы не сказал, что очень уж сильно, чтобы всерьез помешать нам, но все же они не позволили нам расслабиться. К тому же, у нас была еще одна хорошая битва – между нашими пилотами.

В отличие от Бразилии, у нас была в запасе неплохая альтернативная стратегия, и мы избрали ее для Льюиса. Он точно знал, как должен действовать, и постарался сделать всё, что от него зависело».

Оставшись лидером после старта, обладатель поула Нико Росберг провел отличный первый отрезок на SuperSoft. Он опережал Хэмилтона уже на 1,4 секунды после первого круга, а затем контролировал этот отрыв примерно до седьмого. Только после этого Нико выдал серию из нескольких быстрых кругов подряд, увеличив отрыв от напарника сначала до 2,7 секунды, потом до 3,6 и к десятому – до 4,6 секунды.

Хэмилтон едет дальше

За Льюисом оставалось право перейти на альтернативную тактику, и он продержался на трассе вплоть до 11-го круга – дольше, чем кто-либо из пилотов, стартовавших на SuperSoft. Некоторые, к примеру, останавливались уже после пятого-шестого кругов.

«На первом отрезке я старался, как мог, – сказал Хэамилтон. – Я пытался сохранить относительно нормальный отрыв от Нико и при этом беречь шины, но потом правая передняя – даже обе передние – начали быстро изнашиваться, а Нико, перед которым никого не было, было проще следить за их состоянием».

Определенно, несколько последних кругов на первом отрезке серьезно ударили по шансам Льюиса, и ему пришлось серьезно поработать на следующем.

Когда он смог прибавить, получив новые шины, Росберг уже был в 6,2 секундах впереди. Кроме того, Льюису еще нужно было обойти Себастьяна Феттеля, который после своего квалификационного конфуза стартовал на Soft и к тому моменту пока не провел ни одного пит-стопа.

Сначала разрыв между пилотами Mercedes начал расти и даже достиг отметки в 7,1 секунды, поскольку Росберг продолжал атаковать – причем, как оказалось в итоге, немец даже немного перестарался. Льюису удалось переломить ситуацию и начать сокращать отрыв круг за кругом.

На протяжении следующих десяти кругов он сумел сократить свое отставание до 2,6 секунд, а затем даже до 1,3 секунды. Росберг начал испытывать проблемы с правой передней шиной, что придало мотивации Льюису, поскольку его о неприятностях у напарника известил инженер. Но до атаки дело не дошло.

Нико заехал в боксы на 31-м круге, так и не позволив Хэмилтону добраться до зоны DRS. Впрочем, несмотря на все проблемы с шинами у Росберга, его второй пит-стоп был плановым.

«Всё соответствовало нашему плану, – рассказал Лоу. – Но он потерял много времени. Мне кажется, у Нико были большие проблемы. Суть в том, что вам необходимо бережно обращаться с шинами в самом начале их жизненного цикла, а он, возможно, слишком сильно атаковал на первых кругах на втором комплекте.

Честно говоря, на втором отрезке у нас было ощущение, что победа у Льюиса в кармане».

Решение Хэмилтона

Мы привыкли к тому, что в Mercedes редко выбирают разные стратегии для своих пилотов. Чаще всего они проводят пит-стопы по очереди – сначала для гонщика идущего первым, а через круг или максимум два – для того, кто едет вторым. Но Льюис не стал останавливаться ни на 32-м круге, ни на 33-м. Он решил ехать дальше.

Идея состояла в том, чтобы его последний отрезок был намного короче. Тогда Льюис был бы быстрее в концовке за счет более свежих шин.

«Мы оставили решение за ним, – сказал Motorsport.com Тото Вольф. – Я не знаю, какие именно фразы попали в эфир, но между Льюисом и его инженером шел продолжительный диалог о том, какой состав выбрать на финальный отрезок – Soft или SuperSoft – и о том, насколько длинным должен быть второй отрезок».

Шины оставались главным фактором. Росберг понял, что именно делал неправильно по ходу второго отрезка, который продлился 21 круг, и сфокусировался на том, чтобы не допустить повторения проблем в заключительной фазе. После своего последнего в сезоне пит-стопа ему предстояло проехать еще 24 круга прежде, чем увидеть клетчатый флаг.

«Я думаю, он очень хорошо понимал, что именно должен делать на последнем отрезке, – сказал Вольф. – Он смог сохранить шины намного лучше, и просто выступал в своем классе».

На самом деле Нико, скорее всего, даже слишком осторожничал в начале отрезка и спустя примерно три-четыре круга после своего пит-стопа услышал по радио: «Было бы здорово, если бы ты чуть взвинтил темп, потому что нам надо сократить отставание от Льюиса».

Когда Росберг получил новые шины, он отставал от еще не останавливавшегося во второй раз Хэмилтона на 20,1 секунды, но затем прибавил и начал сокращать отрыв примерно по секунде с круга.

Именно на этом этапе в эфир попали отрывки любопытнейшей беседы между Льюисом и его инженером, когда пилот пытался убедить сидевших на командном мостике в том, что может доехать на своем комплекте до самого финиша.

Дискуссия началась в районе 39-40 кругов, когда он все еще был в 11,6 секундах впереди. До финиша оставалось еще 15 кругов, а это означало, что в сумме ему предстояло проехать на одном комплекте Soft 43 круга. Для сравнения, самый длинный отрезок на Soft в этой гонке был у Нико Хюлькенберга, и продолжался он 31 круг...

Беседа продолжалась в следующем ключе:

Инженер: "Льюис, я думаю, это невозможно. Мне кажется, нам стоит продолжать следовать тому, что запланировано".

Хэмилтон: "Пожалуйста, предоставь мне расчеты".

Инженер: "Льюис, нет смысла даже пытаться считать. Это будет неоправданный риск, который ни за что не принесет результата. Я гарантирую".

Хэмилтон: "Я прошу, потому что на самом деле эти шины ведут себя хорошо".

Этот невероятный диалог – очень яркая демонстрация, насколько отчаянно Льюис хотел любой ценой все-таки выиграть гонку у своего напарника. Уже не первый раз он показал, что не готов доверять той информации, которую передают ему с командного мостика. Где, в свою очередь, многие просто отказывались верить своим ушам.

«Если, конечно, мы не ослышались, у нас сложилось впечатление, что он и правда хотел попробовать проехать гонку с одним пит-стопом, – сказал с улыбкой Лоу, – что просто не могло сработать ни при каких обстоятельствах. Помимо риска просто не финишировать из-за износа и почти неминуемого прокола, он бы все равно пропустил Нико уже через пять кругов».

«В конце концов он просто остался бы позади обеих Ferrari, если бы попытался сделать это! – отметил Вольф. – Это было очевидно, ведь он стал проигрывать по две секунды с круга... Справедливости ради, он не может видеть этого, находясь в машине, и он просто не осознавал, что происходит. Но нам надо согласиться с тем, что он пытается участвовать в принятии решений. Это нормально».

Soft или SuperSoft?

Всего через пару кругов после этого диалога, Льюис согласился с командой и заехал в боксы для своего последнего пит-стопа. У нас были все основания считать, что на последний отрезок он может получить SuperSoft. Тогда это оправдало бы то, что остановка была столь сильно отложена. К тому же, за два круга до Льюиса в боксы заехал Себастьян Феттель и получил как раз SuperSoft.

Конечно, нельзя забывать о том, что немец просто обязан был перейти на сверхмягкие шины, потому что два предыдущих отрезка провел на Soft. Но в случае с Льюисом такой переход тоже не противоречил бы логике. В конце концов, более мягкий состав мог позволить ему быстрее догнать Нико.

Когда Льюис покинул боксы в последний раз, ему предстояло проехать еще 14 кругов.

«Мы хотели предоставить выбор ему, – сказал Вольф. – Гоночный инженер выбрал Soft, потому что до конца оставалось 14 кругов, а это всё-таки слишком много. SuperSoft начинали зерниться после шести или семи кругов на первом отрезке – пусть и с большим количеством топлива на борту, так что они остановили свой выбор на Soft».

Льюису было предложено самому сделать соответствующий выбор, но в этом вопросе он всё же доверился командному мостику.

«Мы дали ему шанс сделать выбор в пользу более мягкого состава, но он им не воспользовался, – добавил Лоу. – В конце концов, решение приняли мы, поскольку у нас было больше информации».

Лоу полагает, что Льюису уже не было дела до того, какой комплект ему поставят – после того, как он понял, что не сможет проехать гонку с одним пит-стопом.

«Мы слышали в Бразилии, насколько он был расстроен – особенно тем, какие мы выбрали шины. Так что на сей раз мы дали ему возможность самому принять решение, – объяснил он. – Но он, похоже, переключил всё свое внимание на нечто совершенно иное, а именно – мысли о гонке с единственным пит-стопом.

Очень сложно вести вменяемый диалог с пилотом, когда он за рулем...»

Диалог, между тем, не закончился и после пит-стопа. Пилотов информировали о необходимости переходов в режимы "6" и "10" работы мотора, и на сей раз команде вновь пришлось настаивать: "Льюис, это приказ".

Он знал, что мотор Росберга пребывал в худшем состоянии, чем у него. Двигатель, с которым немец выступал в Абу-Даби, проехал намного больше километров – это следствие проблем, которые возникли у него в Монце. Так что Нико пришлось перейти на более безопасный режим. В Mercedes, между тем, всегда стараются ставить своих гонщиков в одинаковые условия. А значит, оба пилота были обязаны выбрать одни и те же настройки работы мотора.

Понятно, что Хэмилтон не хотел осаждать свой мотор только потому, что у его напарника были проблемы.

«Нам пришлось постараться в этой гонке, чтобы просто проехать ее на этом моторе, – рассказал Лоу. – Возникло несколько мелких проблем на обоих двигателях ближе к концу гонки, и мы старались их решить.

Пилоты, особенно Льюис, возможно, не полностью понимали, что именно мы делаем. Мы просили их выбрать режим то ниже, то выше. К тому же, мы всегда пытаемся сделать всё от нас зависящее, чтобы гарантировать равные шансы обоим».

В итоге Льюису просто не хватило темпа на финальном отрезке. На таком же типе резины, как у Росберга, но при этом с комплектом на десять кругов свежее, он должен был постараться отыграть 12,5 секунд за 13 кругов. Он смог приблизиться на расстояние в 6,8 секунд, но потом осознал, что ничего не выйдет, и ослабил хватку.

«Нико был невероятно быстр на последнем отрезке, – сказал Вольф, – а Льюис не смог создать отрыв, который был ему необходим».

Был бы у Льюиса шанс на SuperSoft?

«Это была очень хорошая альтернатива. В этом был бы смысл, – согласился Лоу. – У нас был выбор, на каком комплекте финишировать, но в итоге мы поступили немного консервативно.

Мы не изучили всех данных, но я не думаю, что разница в итоге была бы очень велика. Мне не кажется, что результат оказался бы иным».

«Решение приняли его гоночный инженер и он сам, – добавил Вольф. – Для сверхмягких шин отрезок был бы слишком протяженным, так что они поставили Soft, чтобы без проблем добраться до финиша.

Был этот выбор правильным или нет, я не знаю, но главное – это был его выбор. В любом случае, Нико был очень силен, и эта гонка – его».

Сам Хэмилтон, тем не менее, настаивал, что решение о составе на последний отрезок принимал не он.

«Только от команды зависело, поставим мы более мягкие или более жесткие шины в концовке, – сказал Льюис. – Я не знаю, какие были лучше, но Soft выглядели достаточно хорошо. Я не уверен, смог ли бы я добраться до финиша без остановки, но какая-то часть меня говорит, что я зря сдался – и должен был попытаться».

Что ж, это была еще одна уверенная победа Mercedes, впечатления от которой чуть подпорчены постоянными сомнениями Хэмилтона по поводу действий команды. Это то, над чем руководителям коллектива надо поработать зимой.

«Мне кажется, нам нельзя позволять подобных разногласий, – сказал Вольф. – Нет никаких оснований для разочарования и претензий, потому что команда проделала прекрасную работу. Мы тратим огромное количество сил, чтобы предоставить им равные шансы.

Если при том, что мы стараемся удовлетворить потребности обоих, кто-то всё-таки остается недоволен, то это проблема. Но для нас это не новая ситуация, так что всё будет в порядке».

Присоединяйтесь!

Написать комментарий
Показать комментарии
Об этой статье
Серия Формула 1
Событие Гран При Абу-Даби
Трек Яс-Марина
Пилоты Льюис Хэмилтон , Нико Росберг
Команды Mercedes
Тип статьи Аналитика
Тэги paddy lowe, toto wolff
Rambler's Top100