Анализ: как Хэмилтон в положение Росберга вошел

Гран При Мексики стал одним из тех редких случаев, когда Нико Росберг затмил своего партнера по команде – трехкратного чемпиона мира Льюиса Хэмилтона. Адам Купер объясняет, как немецкому гонщику удалось справиться с этой задачей.

На первый взгляд, мексиканский этап выглядел как еще одна гонка, в одни ворота выигранная гонщиками Mercedes. Однако на этот раз команде пришлось провести основательную подготовку, чтобы справиться с непривычным вызовом, обусловленным высокогорными условиями.

В пятницу на автомобиле Нико Росберга возникли проблемы с тормозами, и инженерам команды пришлось дополнительно поработать над устранением этой неприятности, однако за вычетом этого эпизода, остальная гонка прошла по плану: Mercedes одержала убедительную победу в то время как ее ближайшие преследователи в лице Ferrari завершили гонку с двумя разбитыми автомобилями.

«Полагаю, мы обязаны этим тщательной подготовке, – сказал Падди Лоу. – Команда приложила немало усилий – и особенно постарались в Бриксуорте! – потому что Гран При Мексики проходит в весьма специфических условиях.

Сымитировать обстановку мексиканского этапа в лабораторных условиях практически невозможно – в частности, это касается давления. Еще в Остине мы немного поработали над охлаждением, однако пользы от этого было не так много, потому что условия были другими.»

Но даже после того, как по ходу тренировочных сессий инженеры справились с задачей охлаждения тормозов, перед ними встали вопросы надежности двигателя, шин и тормозов непосредственно в гонке. К воскресенью температура воздуха поползла вверх, вынуждая технику работать на пределе.

«Крайне сложным аспектом этой гонки стала работа тормозов – и это справедливо для всех команд, – сказал Лоу. – При нормальных температурах износ тормозов не является проблемой, однако стоит перейти какой-то предел, и тормоза "умирают" катастрофически быстро».

И потом, в свете событий Остина, оставалась еще одна проблема – первый поворот. После квалификации Льюис Хэмилтон заявил, что длинная прямая, ведущая к первому повороту дает ему отличную возможность опередить Росберга – однако справиться с этой задачей уже в гонке он не сумел, и два Mercedes без особых проблем преодолели этот участок.

«Нас нисколько не беспокоил первый поворот, – сказал Тото Вольф. – Гонщики знали, что эпизод в Остине вызвал массу обсуждений и споров, и ничего хорошего для команды в этом не было. Это время мы могли бы потратить на развитие автомобиля. Впрочем, особых проблем это нам не принесло».

По иронии судьбы, в то время как оба гонщика Mercedes преодолели первый круг без происшествий, их принципиальный соперник – Себастьян Феттель – сделать этого не сумел: немец потерял время после контакта с Даниэля Риккардо и прокола.

В гонке пилот Ferrari вовсе не выглядел основной угрозой. Вольф убежден: «Полагаю, сегодня наши ребята играли в своей лиге. Легко можно было заметить, что у Феттеля не было должной скорости и в остальной части гонки. Его мы не опасались».

«С самого начала было очевидно, что нас ожидает состязание между двумя нашими гонщиками, – добавил Лоу. – И что Льюису придется нелегко».

Первый отрезок гонки Росберг и Хэмилтон провели с отрывом в одну – две секунды друг от друга. Разрыв между гонщиками постоянно менялся – как из-за трафика, так и из-за того, что периодически Льюис снижал темп перед тем, как вновь вернуться к атаке.

«Во время преследования другого автомобиля тормоза начинают перегреваться, – подтвердил Вольф. – И тогда гонщику необходимо немного сбросить скорость, чтобы температура хоть немного пришла в норму».

Однако подобраться достаточно близко для того, чтобы совершить обгон или хотя бы задействовать DRS, оказалось не так уж и просто.

«Я атаковал на протяжении всей гонки, пусть даже могло показаться, что это не так, – объяснил Льюис. – Стоило мне отстать на четыре–пять корпусов, как моя машины теряла аэродинамическую эффективность, в то время как для него условия были идеальными.

Таким образом, подобраться к нему достаточно близко было невозможно. Я показывал хорошую скорость, но как только подбирался ближе, так сразу же терял прижимную силу».

Уже на восьмом круге Валттери Боттас отправился на пит-стоп, перейдя на резину Medium, что давало Williams несколько вариантов развития событий. В Mercedes, тем временем, придерживались первоначального плана – гонки с одним пит-стопом – в силу которого гонщикам приходилось беречь шины.

К 26-му кругу, перед тем, как отправиться на пит-стоп, Росберг лишь ненамного увеличил свое преимущество, в то время как Льюис продержался на два круга дольше, соответственно, дольше проехав на основных шинах.

После пит-стопа отставание Льюиса составляло 3,5 секунды, и хотя ему удалось ненамного сократить его, ближе чем на 2 секунды подобраться к Росбергу не удалось – похоже, что у Нико все было под контролем.

Вскоре после этого гонка для Mercedes усложнилась. В команде, изучившей шины, использовавшиеся на первом отрезке, обеспокоились чрезмерно высоким износом резины. Особенно плохо выглядела одна из шин Хэмилтона: степень износа на 10% превышала расчетную.

Прикинув, что может произойти дальше, если гонщики останутся на Medium, – Льюису нужно было проехать 43 круга, а Росбергу 45 – в команде сочли, что ближе к финишу они могут столкнуться с проблемами.

Однако скорость пилотов Серебряных стрел относительно соперников означала, что они могут заехать на еще один пит-стоп, не опасаясь потерять позиции. Так, преимущество Льюиса над Даниилом Квятом на 46-м круге составило около 29 секунд.

После этого Росберг получил сообщение по радио: «Мы переходим к плану "Б" – дай нам знать, нужна ли тебе регулировка закрылков». Именно в этот момент Нико, будучи лидером гонки, поехал на пит-стоп, обладая наибольшим преимуществом над Квятом.

«Дело было в том, что мы изучили износ шин из первого комплекта – опционального, – сказал Лоу. – На одной из шин Льюиса резины почти не осталось – дальше был только корд.

Основных шин едва хватало до конца гонки, и у нас было окно для пит-стопа, так что этот шаг был абсолютно правильным. К тому же, потом на трассу выехал автомобиль безопасности, так что мы все равно пошли бы на замену шин».

«Стратегия, которой придерживались на мостике, предельно ясна, – добавил Ники Лауда. – После первого отрезка изучается степень износа шин и, в зависимости от того, как идет гонка, принимается решение по следующему отрезку.

Мы приняли такое решение. Это была наилучшая стратегия, и обоим гонщикам пришлось ей следовать».

Это был хорошо продуманный упреждающий шаг – к тому же, никак не мешающий борьбе, если оба гонщика подчинятся решению команды.

Впоследствии Росберг признал, что не был уверен в необходимости остановки: «Я не хотел ехать на пит-стоп, потому что в тот момент чувствовал себя абсолютно комфортно.

У меня был хороший отрыв от Льюиса, и пит-стоп с установкой другого комплекта шин был сродни возврату в исходное положение. Поэтому я был не слишком доволен решением команды, хотя и понимал, что оно было правильным – тем более, что с появлением на трассе автомобиля безопасности было важно получить свежие шины».

Интересной историей стал первоначальный отказ Хэмилтона уходить на пит-стоп. Вся информация, которой на тот момент располагал Льюис, сводилась к тому, что лидер гонки вновь сменил шины и теперь отставал более чем на 18 секунд, а сам он был уверен в том, что сможет протянуть оставшиеся 25 кругов без каких-либо проблем.

В ходе продолжительной дискуссии с инженером Льюис однозначно дал понять, что не желает заезжать на пит-стоп – несмотря на уверения в том, что такое решение продиктовано соображениями безопасности.

После повторного запроса он все же сменил резину, но своей заминкой навредил лишь себе, проехав лишний круг на изношенных шинах, в то время как Росберг нарастил свое преимущество с 2,9 секунды до 4,2 секунды.

«В конце концов, это его личная потеря», – отметил Лоу.

Важнее всего в этой истории было то, что Хэмилтон проигнорировал прямое указание команды – а подобное не позволено и чемпиону миру.

«Формально не заезжать на пит-стоп по нашему требованию было некорректно, – согласился Лоу. – Но если посмотреть на ситуацию с его точки зрения, легко догадаться, что он просто не понимал, почему мы это делаем.

Когда гонщик ведет автомобиль на скорости в 350 км/ч, невозможно дать ему полновесное техническое объяснение, на которое потребуется несколько минут».

После гонки руководитель команды Тото Вольф постарался замять ситуацию.

«Это всего лишь эмоции гонщика, находящегося за рулем автомобиля, – сказал австриец. – Он должен интересоваться, должен задавать вопросы – это вполне разумно. Это ведь у нас есть полное представление о ситуации.

После первого отрезка опциональные шины износились до корда, у нас было окно для пит-стопа, и потому мы решились на этот шаг».

Ну а вопросы Хэмилтона инженеру лишь продемонстрировали, что он искренне не понимал, почему команда требует от него замены шин.

«И абсолютно нормально, что он поинтересовался этим, – поддержал своего гонщика Вольф. – Разве мне нужен робот за рулем машины? Нет. Мне нужен лучший гонщик. И он ведет себя именно как лучший гонщик.

Он задает вопросы. Точно так же поступает и Феттель – и в этом нет никакой проблемы, поскольку именно команда имеет представление о том, что происходит. На мой взгляд, проблемы здесь нет».

Спустя четыре круга после остановки Хэмилтона, угодил в аварию Феттель. На трассе появился автомобиль безопасности, так что гонщики Mercedes так или иначе были бы вынуждены сменить резину. Под желтыми флагами на свои пит-стопы отправились соперники Серебряных стрел.

Между тем, автомобиль безопасности стал дурной вестью для Росберга, разом потерявшего свои три секунды преимущества над Хэмилтоном и потенциально уязвимого для атаки на рестарте.

Нико все же сумел остаться впереди и концу первого быстрого круга опережал Льюиса на полторы секунды. Заключительные 13 кругов немец провел без лишней драмы и под серьезным прессингом со стороны напарника, регулярно сокращавшего свое отставание до секунды.

В отличие от гонки в Остине, Росберг оказался в состоянии довести работу до конца, и даже Хэмилтон с готовностью отвесил сопернику своеобразный комплимент: «Сегодня Нико проехал очень хорошо: никаких ошибок, никаких порывов ветра...»

Росберг одержал важную победу, которую должен перенести и на оставшиеся гонки сезона – если действительно хочет обозначить свои намерения и уже третий раз подряд схватиться с Льюисом в борьбе за титул.

«В конечном счете, это день Нико, – сказал Лоу. – День Льюиса был в Остине, а здесь Нико не только завоевал заслуженный поул – насколько я вижу, мы дали обоим нашим гонщикам одинаковые возможности.

Будучи вторым, Льюис имел некоторое преимущество, но Нико очень хорошо защищал свою позицию – например, во время рестарта. Следует отдать ему должное – он действительно ехал великолепно. Где бы Льюис ни пытался атаковать, у Нико всегда находился ответ. Так что гонку он контролировал.

Сила команды Ф1 заключается в наличии у нее двух великолепных пилотов на пике формы, полностью выкладывающихся в гонке, потому что они поддерживают друг друга – пусть даже не всегда способны это признать.

В Остине Нико провел тяжелый уик-энд, и очень здорово, что он оправился от того поражения. Это дает нам надежду на острое противостояние в следующем году».

«Действительно, на этом этапе Нико доминировал, – поддержал своего коллегу Вольф. – Он ни разу не ошибся за весь уик-энд и, полагаю, заслужил эту победу».

Вопрос теперь в том, сумеет ли Росберг сохранить темп и перенести его в Бразилию и Абу-Даби...

Присоединяйтесь!

Написать комментарий
Показать комментарии
Об этой статье
Серия Формула 1
Событие Гран При Мексики
Трек Автодром братьев Родригес
Пилоты Льюис Хэмилтон , Нико Росберг
Команды Mercedes
Тип статьи Аналитика
Rambler's Top100